(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)

(1)Шумел ли­сто­пад. (2)Леса по­кор­но и пе­чаль­но, почти не сти­хая, по­ро­ши­ли баг­ря­ной лист­вой. (3)Го­рест­ный, всё за­глу­ша­ю­щий шорох власт­но за­пол­нял лес­ную глу­хо­мань. (4)Опав­ши­ми ли­стья­ми осень щедро вы­сти­ла­ла все до­ро­ги и по­ля­ны. (5)Когда на­ле­тал ветер, тучи мёртвой лист­вы под­ни­ма­ло от лесов, легко кру­жи­ло в про­стор­ной вы­ши­не и несло на во­сток,  — и тогда ка­за­лось, что над уны­лой осен­ней землёй бу­шу­ет баг­ря­ная ме­тель.

(6)Шум ли­сто­па­да на­пол­нял душу Ан­дрея тос­кой и тре­во­гой. (7)B по­ли­няв­шей гим­настёрке, со скат­кой ши­не­ли и вин­тов­кой, он шёл уста­лым шагом, часто об­ти­рая запылённое лицо пи­лот­кой, и  — слу­ча­лось  — сам удив­лял­ся, что идёт: так ино­гда плохо чув­ство­вал под ногой землю. (8)Эта осень во­рва­лась в род­ные места хотя и в по­ло­жен­ное время, но всё же, как думал Ан­дрей, осо­бен­но вне­зап­но и дерз­ко. (9)Ан­дрей не мог смот­реть на свер­ка­ю­щие хо­лод­ной по­зо­ло­той леса, на голые поля, смот­реть и ви­деть, как всюду тор­же­ству­ет же­сто­кая сила осени.

(10)В пол­день, оста­но­вив­шись на вер­ши­не вы­со­ко­го холма, Ан­дрей вы­пря­мил­ся во весь свой рост и с уси­ли­ем огля­дел­ся во­круг. (11)На до­ро­гах, в пыль­ной мгле, гу­де­ли ма­ши­ны, гро­хо­та­ли обозы, дви­га­лись ко­лон­ны сол­дат. (12)В осен­нем под­не­бе­сье, свер­кая на солн­це, тя­ну­лись на во­сток не­мец­кие самолёты; они с воем бро­са­лись на до­ро­ги, и земля тяжко ахала, и над ней взле­та­ли чёрные куд­ла­тые сул­та­ны дыма. (13) Тя­же­ло вздох­нув, Ан­дрей раз­го­рячённо вос­клик­нул:

(14)  — Какая осень!

(По М. Бу­бен­но­ву)